Не все, что выглядит на первый взгляд духовным,
Является, по сути, таковым.
Святым представленное может быть греховным,
А то, что грешное в твоих глазах, - святым.

Лукавство и иллюзия обмана
Пытаются представить светом - тьму.
Под маской света - откровенья ада,
Святым и добрым служащего злу.

Зверь может выглядеть, как агнец кроткий,
Но говорить он будет, как дракон.
И речи могут показаться медом сладким,
Нежней елея, но убить притом.

Как ангел света, как служитель правды,
Даст пониманье узкого пути:
«Не прикасайся, не вкушай, не трогай» -
Под видом мудрости, чтоб в рабство привести.

Научит, как поститься, как молиться
И сколько раз молитву повторять,
Усилье человека почитать спасеньем,
Чтоб ты отверг делами благодать.

Он лицемерье называет верой,
Благочестивым видом хочет силу заменить.
Свободой называет ложное смиренье.
Как без Христа научит он Христу служить.

Обрезан будь иль соблюдай субботу,
Постись, молись, в собрание ходи.
Для Бога - много, но, увы, без Бога,
Как Каину поможет принести.

О, сын Давидов, я хочу быть зрячим.
Ведь без Тебя я вижу только тьму.
Молчать его неверье заставляет.
Иисус спешит, не до тебя Ему.

Пойми, глупец, для Бога ты не важен.
Неверие пытается внушить.
Ты грешен, жалок. Бог же свят и страшен.
К Нему достойно нужно подходить.

Бог даром не дает Свое прощенье,
Грехи свои попробуй замолить.
Ты докажи, и мы тебе поверим.
Прощенье нужно на коленях заслужить.

И человек, как Петр, твердит порою:
«Ты не омоешь ног моих вовек».
«Тебе ли, Господи? Нет, нет, я недостоин.
Ты Бог Святой, а я лишь человек».

И это ложное смирение по плоти
Противится Христу тебе служить.
Пойми: ты изменить себя никак не можешь,
Ты без Него не сможешь не грешить.

Религия расскажет, как омыться,
Что нужно делать, чтобы чистым быть,
И никогда в итоге не позволит
Христу-Спасителю тебя омыть.

Её ученье - это обвиненье.
Её слова всегда: «Вина, вина».
От слов её на сердце лишь мученье,
И кажется: душа не спасена.

Все сделать так, чтоб не был ты горячим.
Уют, комфорт, порядок создавать.
В душевной, теплой, тихой атмосфере
Дремать, дремать, дремать, дремать, дремать

Огонь молитвы назовет безумьем,
А истинной молитвой - тишину.
Но Дух Святой сошел, как сильный ветер,
И дом наполнил этот Божий шум.

Не крик, но шум, дыхание Святое
На жаждущие изольет сердца.
Огнем охватит каждого, чье сердце в небо рвется.
Откроет нам и Сына, и Отца.

Они, молясь, свой голос к Богу возвышали,
И колебалось место по молитве их.
Но как Стефана, били их камнями,
Хотели, чтобы голос их утих.

Желает ложь занять сегодня место правды,
И о Христе желает научить.
А тот, кто истину расскажет, тот опасен.
Такому проповедовать нельзя, пусть он молчит.